Марина Руденко рассказала о значении цифровизации и рисках иностранных моделей 
В Крыму начались работы по заключению контракта на берегоукрепление Керчи
SevastopolMedia, 16 декабря. Президент России Владимир Путин дал указание правительству и регионам разработать национальный план по внедрению генеративного искусственного интеллекта. Системы уже активно применяются в различных сферах, однако имеются некоторые особенности. О том, почему стране не следует стремиться за западными моделями и что необходимо для развития ИИ, корр. ИА SevastopolMedia поделилась директор Центра искусственного интеллекта и анализа больших данных КФУ имени В.И. Вернадского Марина Руденко.
Марина Руденко. Фото: Их архива М. Руденко
— Марина Анатольевна, где в Крыму в настоящее время используется российский искусственный интеллект?
— Люди в основном знакомы только с языковыми моделями, однако потенциал ИИ намного шире. В ГИБДД, к примеру, он способен определять наличие ремня безопасности, отвлечение водителя и другие аспекты. В строительстве, сельском хозяйстве, медицине — везде имеются специализированные решения, адаптированные под определенные задачи. Это наблюдается по всей стране. В Крыму, помимо прочего, была разработана система для распознавания и оценки камней в почках. Для региона мочекаменная болезнь является распространенной проблемой. Система обрабатывает снимок, обнаруживает камни, создает 3D-модель, взвешивает их, определяет плотность и прогнозирует необходимое хирургическое вмешательство.
— А если смотреть в глобальном масштабе, какую позицию занимают российские разработки в сфере ИИ?
— В настоящее время зарегистрировано около 27 тысяч продуктов с ИИ. С одной стороны, отечественные продукты не оказывают влияния на мировой рынок, и причин тому множество, одна из которых — санкции. Но это не должно вызывать огорчения. Главная задача развития технологий ИИ заключается в их внедрении в цифровую среду и бизнес-процессы. Супер алгоритмы и суперкомпьютеры важны, но уровень и масштаб внедрения имеют более значительное значение.
Российские продукты развиваются в значительной степени независимо. Стремиться к американским моделям, на которые были потрачены сотни миллиардов долларов, просто нецелесообразно. Главное — чтобы наши разработки удовлетворяли потребностям нашего рынка, науки и способствовали прогрессу нашего общества и экономики.
В Крыму активно осваивают возможности ИИ. Фото: Из архива М. Руденко
— Значит, пока наша страна не в числе лидеров?
— Позвольте уточнить. Россия является мировым лидером, но не в области искусственного интеллекта, а в цифровизации. И это очень важное различие. Цифровизация государственных услуг и банковской сферы у нас достигла такого уровня доступности, который невозможно сравнить ни с Европой, ни с другими странами. Когда искусственный интеллект интегрируется в такие развитые экосистемы, он становится гораздо более полезным, чем автономные мощные модели, требующие значительных инвестиций.
— Как вы оцениваете отечественные модели?
— Например, одна из самых известных российских ИИ-систем демонстрирует конкурентоспособность в понимании и генерации текста на русском языке, а также обладает мультимодальностью (работа с текстом, изображением, аудио). Она имеет глубокое понимание контекста, стилистики и культурных особенностей. В своей «языковой нише» она — одна из сильнейших в мире, но как универсальная модель уступает лидерам. Тем не менее, интеграция в экосистемы Сбера, Яндекса, ВК и других обеспечивает обратную связь для улучшений.
Недостатки связаны, на мой взгляд, с объемом и качеством данных. Для моделей мирового уровня требуются огромные массивы разнообразной информации, причем, в том числе на английском языке.
— И здесь мы, вероятно, сталкиваемся с проблемой доступа к данным…
— Да. Научная база, которая служит основой для обучения ИИ, сосредоточена в Соединенных Штатах и Европе. Даже когда мы используем открытые модели, это не означает, что они имеют полный доступ к так называемой интеллектуальной базе. У российских ИИ этот доступ ограничен.
Кроме того, работа с западными системами сопряжена с серьезной проблемой утечки данных. Когда люди загружают медицинские документы, договоры и другие сведения в иностранные чат-боты, эти данные сохраняются и используются для обучения зарубежных моделей. Таким образом, фактически мы предоставляем им нашу информацию, но не наоборот.
В Крыму активно осваивают возможности ИИ. Фото: Из архива М. Руденко
— Как можно преодолеть этот дисбаланс?
— Необходимо создавать собственные хранилища данных и дата-центры. Именно поэтому некоторые уже существующие системы успешны — у них есть свои вычислительные мощности и накопленная информация. Модели могут обучаться где угодно, но данные нужно собирать внутри страны.
Также отмечу, что иностранные продукты в любом случае не будут работать идеально на русском языке. И наши решения должны поддерживаться, поскольку они обучены на материалах нашей культуры, истории и традиций. Отечественные модели будут соответствовать нашим ценностям — это критически важно.
— Но необходима какая-то интеграция с мировой системой?
— Безусловно. Но когда речь идет о медицинской, правовой информации, она должна оставаться под контролем. Мировое взаимодействие возможно, но на условиях сбалансированности, а не односторонней зависимости.
— За счет чего можно ускорить развитие этой отрасли в нашей стране?
— Инвестициями в цифровой суверенитет, созданием своей элементной базы и крупных дата-центров. Сбор и хранение данных и моделей необходимо организовать исключительно в русском сегменте. Также требуется создание и поддержание обширных открытых национальных баз программных кодов, научных статей и другой информации высокого качества.
Добавлю, что финансирование ученых и тесная связь с университетами — это ключ к подготовке кадров для развития ИИ, а также к созданию лабораторий для исследований. Финансировать такие проекты можно только привлекая государство и крупные компании (драйверы). Необходимо создание национальных AI-кластеров, доступных для исследователей и стартапов.
— Следует ли государству вообще вмешиваться в этот процесс?
— Да, но его роль должна быть стратегической, а не запрещающей. Я бы также отметила необходимость уменьшения бюрократии и поддержки региональных лабораторий. Утечка кадров в столицы приведет к значительной асимметрии. Многие практические решения имеют региональные, локальные особенности. И об этом нельзя забывать.
Необходимо смещать акцент с конкуренции на практическую пользу. Вместо того чтобы сравнивать, чей чат лучше ответил на вопрос, нужно спрашивать: кого он вылечил, кому спас жизнь. Технологии должны внедряться и поддерживаться в реальных отраслях — в медицине, сельском хозяйстве, на производствах. Нужна персонализированная система поддержки, которая улучшит качество жизни. Вот куда должны направляться инвестиции и внимание государства.
Источник
